Применима ли статья о жестоком обращении с животными к несовершеннолетним гражданам?

Здравствуйте. Прошу дать правовую оценку следующей ситуации. Планирую заниматься продажей цифровых товаров в интернете, а именно — аккаунтов для онлайн-платформы FunPay, которые создаются специально для коммерческого использования (новые, без истории, без привязки к реальному физическому лицу). Продажа предполагается через сторонние торговые площадки. Меня интересует: • существует ли в РФ прямая уголовная или административная ответственность за создание и продажу таких аккаунтов как цифрового товара; • может ли продавец нести ответственность за действия покупателя, если аккаунт в дальнейшем будет использован для мошенничества без ведома продавца; • какие нормы закона и статьи потенциально применимы в подобных ситуациях; • какие факторы (объёмы, системность, осведомлённость, формулировки) могут повышать или снижать юридические риски.

Как оспорить психиатрическую экспертизу в условиях госрегистрации, если я потерпевший по делу о сексуальном насилии? Я являюсь потерпевшим по уголовному делу о сексуальном насилии (изнасиловании). Сейчас следствие настаивает на проведении в отношении меня психологическо‑сексологической психиатрической судебно‑медицинской экспертизы в стационаре психиатрической больницы с очень негативной репутацией (множество отзывов о жестоком обращении, попытках удерживать пациентов и т.п.).Уже было проведено заключение, в котором эксперт опирается на субъективные суждения о моей внешности. Поставили диагнозы: возможное аффективное расстройство личности и гендерную дисфорию. Я категорически отрицал любые желания смены пола и чувствовал себя нормально в своём теле, но мне всё равно поставили гендерную дисфорию. Мне угрожали принудительной госпитализацией: следователь заявил, что если мы сейчас не подпишем согласие на прохождение экспертизы в стационаре, то суд «обязательно назначит психиатрию и повезут из суда прямо в больницу». Под этим давлением я подписал документ на экспертизу и возможную госпитализацию. Кроме того, у родственников обвиняемого неизвестно откуда появился номер телефона моей матери, а следователь сказал: "Это нормально" Как правильно юридически спорить с психиатрической экспертизой, основанной на стереотипах о внешности и навязанном диагнозе «гендерная дисфория», если я явно отвергаю такие проявления в себе? Можно ли оспорить подписанное мной согласие на прохождение экспертизы и госпитализации, учитывая, что оно было получено под психологическим давлением и угрозами?