Произошла авария выежая с второстепенной дороги

Здравствуйте. В подростковом возрасте, около 16-17 лет, на месяц загремел в психиатрическую больницу. Вроде какое-то непродолжительное время после выхода из этого учреждения состоял на учёте, но быстро смог с него сняться. Боялся, что не смогу попасть в автошколу и получить водительское удостоверение, но с этим проблем никаких не возникло. Но хочется знать, какие вообще могут быть ограничения, связанные с фактом, что я пребывал в психиатрической больнице? Дорога в правоохранительные органы закрыта навсегда или же нет?

Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, как лучше поступить в данной ситуации и куда обратиться. Ранее в школе произошла ситуация, в которой был задействован мой ребёнок. Одноклассник 1 покрывал матами мать одноклассника 2. Одноклассник 2 попросил помощи у моего ребёнка, так как сам с ситуацией не справлялся. Мой ребёнок устно попросил прекратить, но одноклассник 1 не остановился. После этого мой ребёнок обездвижил одноклассника 1 на 2–3 секунды и отпустил его после того, как тот начал плакать, никаких увечий мальчику нанесено не было. Мама одноклассника 1 работает учителем в этой школе. Одноклассник 1 направился к ней, и на камерах видно, что он трет и щипает свою шею у нее в кабинете и до этого его кожа на шее никак не повреждена (видео конфликта и разговора в кабинете у меня есть). После этого они пошли к завучу, где все было выставлено так, что мой сын нанес ему увечья, но этого нет на камерах и мой сын не прикладывал никак сил, чтобы навредить мальчику. Ни меня, ни моего ребёнка, ни одноклассников не пригласили на беседу. Назначили собрание на следующий день; сама мать ни на работу, ни на собрание в тот день не явилась. На собрании присутствовал отец мальчика. На собрании мой ребёнок попросил прощения у одноклассника, но перед моим ребёнком никто не извинился. Все, кроме завуча 1, придерживались нейтралитета. На собрании завуч 1 представила ситуацию так, что одноклассник 1, зачинщик конфликта, оказался жертвой, а мой сын - обидчиком и агрессором. Я неоднократно обращалась к директору с устной просьбой разобраться в ситуации и добиться, чтобы завуч 1, мать ребёнка и сам ребёнок попросили у моего сына прощения. Во время звонка классному руководителю я хотела уточнить, когда будет повторное собрание, но, по его словам, повторного собрания не будет, так как завуч 2 сказал, что вопрос решён, но он всё ещё открыт (директор увольняется и на свое место хочет оставить именно ее). После этого я написала жалобу на имя директора с просьбой разобраться и дать письменный ответ. Моя племянница работает в школе социальным педагогом. Ей сказали, что если я буду продолжать и не прекращу попытки решить вопрос, то у неё будут проблемы, якобы потому, что она зачинщик этих обращений, поскольку ранее у неё был рабочий конфликт с матерью этого одноклассника (его мать - «левая или правая рука» директора, точно не знаю). Мы ждали ответ с октября по февраль на обращение, после чего всё-таки решили повторно обратиться с жалобой и попытаться решить вопрос в рамках школы мирно, а также получить письменные ответы на обращения. Теперь с моей родственницей никто из коллег не общается, включая администрацию. Точнее, администрация общается «сквозь зубы». Уволить её они не могут: она работает более десяти лет и в настоящее время находится в академическом отпуске в университете. Насколько ей стало известно, школа готовит ответ (не уверена, что письменный), в котором хотят указать, что весь конфликт «подтянут за уши» и всё из‑за моей племянницы, которая якобы настроила меня против матери одноклассника 1. Хотят выставить моего ребёнка агрессором и зачинщиком. Сама родственница боится обращаться в инстанции, но очень не хочет уходить. Директор прямо сказала, что в других школах, даже при наличии открытой вакансии, её не возьмут. Что я могу сделать, чтобы этого не произошло? Также я опасаюсь, что моему ребёнку будут занижать оценки, что к нему будут относиться предвзято, и нам придётся перевестись в другую школу. Но я хочу добиться справедливости и наказать это «змеиное гнездо». В этой школе учились мои старшие дети, там были другие завучи, и никогда не случалось, чтобы решения принимались только на основании слов одной стороны. Раньше опрашивали всех, а здесь, из‑за особых/личных привязанностей/связей этих учителей, школе проще выставить других крайними, чем признать свою вину.