Опишите ситуацию — юрист подскажет, что делать дальше.
Является ли переписка в социальной сети - доказательством при взыскании долга?
Здравствуйте, проблема возникла с должником. Мой бывший коллега, работали с ним год, и он ранее брал у меня в долг, но отдавал. Летом прошлого года он позвонил мне и рассказал, что у него наклевывается какой-то способ заработать, попросил денег, я ему одолжил. Позже звонил вновь с жуткими нервами, просил еще и так пару раз, я давал ему небольшими частями, он говорил что он вообще не в городе и у него какие то проблемы с серьезными людьми. Проверить его слова нет и не было возможности, но тогда я нехотя одолжил ему снова. Я знал, что он довольно своеобразный, страдает паническими атаками, но особо неадекватного поведения за ним не замечал. Таким образом долг дорос до 50 тысяч, после чего сказал, что больше не дам. После этого он сказал. что он подозреваемый по какому-то делу, что он сидел в КПЗ и ему пришлось "откупиться", чтобы не сесть в тюрьму. Осенью он позвонил и сказал, что ему очень плохо, у него проблемы, у него серьезная зависимость и он даже хочет уйти в монастырь. Я уговорил его дать расписку, он сказал, что приедет и напишет, если я хочу, но в результате он не приехал в назначенный день и вновь пропал. После от него шли какие то небылицы, он заявил что он уехал в другой регион и проходит реабилитацию от зависимости, что он не может писать и так далее (какой завимости не знаю, подозреваю что от каких то лекарств). После того, как он вернулся в город весь текущий год он говорил мне, чтобы я не беспокоился, что он мне все отдаст, но утверждал, что у него проблемы с работой, с его слов он вообще не работал весь этот год, что может быть правдой. Однако в соцсетях у него есть фотографии с посещения других городов и спортивных мероприятий. Когда я спросил об этом, он пояснил, что это подарок от друга. Пишу ему в социальных сетях, он отвечает через раз и отвечает "не бойся, все отдам". Мои коллеги рассказали мне, что он у них тоже взял в долг и тоже насколько я понял без расписки, но не такую большую сумму, как я.
Основная проблема заключается как раз в том, что расписку от него я так и не получил. Однако есть подробная переписка в социальной сети, где он признает факт того, что он мне должен. В связи с этим такие вопросы:
1)Является ли эта переписка доказательством того, что он должен мне денег?
2)Как вообще лучше поступить в данной ситуации? Есть ли шанс получить от него деньги через суд? Насколько я знаю, у него в собственности квартира, и есть допустить, что он не работает, то видимо имеет какой то доход, позволяющий ему жить.
На сумму свыше 10 000 рублей необходимо заключить письменную форму сделки.
В вашем случае сделка не была заключена в надлежащей форме. Свидетельские показания суд не примет.
Переписка с должником, может быть признана судом письменным доказательством, если позволяет точно установить что писать именно должник.Ведь может отрицать и говорить что страница взломана и он этого не писал(как пример).
Есть практика получения копии страницы переписки и удостоверения ее нотариусом. Суд может принять такое доказательство к рассмотрению, и учесть как доказательство
В прошлом году был подписан закон, который признал обязательность отнесения фотоматериалов, а также материалов видео- и звукозаписи к доказательствам по делу об административном правонарушении (Федеральный закон от 26 апреля 2016 г. № 114-ФЗ). Эти положения распространяются исключительно на административный процесс, тогда как в гражданском процессе вопрос о признании аудиоматериалов допустимым доказательством все еще остается на усмотрении суда (ст. 55, ст. 59, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса). Но на данный момент складывающаяся практика довольно противоречива.
Чаще всего суды отказываются принимать аудиозаписи в качестве доказательств, ссылаясь на то, что их достоверность нельзя проверить надлежащим образом. Например, истец представил звуковые файлы, записанные на обычном компакт-диске. Суд отметил, что эта фонограмма получена не путем записи информации непосредственно от первоисточника звука, а переписана с иного носителя (телефона и/или диктофона) – следовательно, верность такой фонограммы-копии не может быть надлежаще проверена и удостоверена. В итоге представленная аудиозапись была признана недопустимым доказательством (апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 сентября 2016 г. по делу № 33-15582/2016).
Имеет ли пациент право вести запись приема и рекомендаций на диктофон, предупредив об этом врача заранее, даже если врач против записи? Ответ на этот и другие практические вопросы – в «Базе знаний службы Правового консалтинга» интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!
24 января 2011 г. С. и Р. заключили договор займа, по условиям которого С. предоставила Р. 1,5 млн руб. на три года с начислением 20% годовых, а Р. обязался в указанный срок вернуть сумму займа с процентами.
В период с 18 августа 2011 г. по 10 марта 2012 г. на счет С. в счет погашения долга были переведены денежные средства в размере 128 тыс. руб., но затем платежи прекратились.
С. обратилась в суд с иском к Р. и его бывшей супруге Е., поскольку на момент получения займа они состояли в браке. В своем исковом заявлении С. ссылалась на то, что денежные средства были предоставлены ею по просьбе Р. и Е. на общие нужды семьи – в подтверждение она представила аудиозаписи телефонных переговоров между ней и Е. от 11 июня 2013 г. и от 23 декабря 2013 г., в которых также участвовал Р., и расшифровки этих аудиозаписей.
Районный суд признал долг общим обязательством ответчиков и отметил, что представленная С. аудиозапись подтверждает, что заем был предоставлен Р. с согласия супруги и на общие нужды семьи (для совместно осуществляемой ими предпринимательской деятельности). В итоге требуемая сумма была разделена между Р. и Е. поровну (решение Московского районного суда г. Твери Тверской области от 14 декабря 2015 г. по делу № 2-2622/2015).
Однако Е., считая, что не обязана отвечать по долгам бывшего мужа, обжаловала это решение, и апелляция встала на ее сторону – вся сумма была взыскана с Р. (апелляционное определение СК по гражданским делам Тверского областного суда от 16 февраля 2016 г. по делу № 33-798/2016). Представленная истцом аудиозапись, по мнению суда, являлась недопустимым доказательством, поскольку была получена без согласия Е. (ч. 8 ст. 9 закона об информации).
Понимая, что взысканная с Р. сумма окажется для него неподъемной, С. обратилась в ВС РФ с требованием отменить апелляционное определение и взыскать долг с обоих супругов.
Позиция ВС РФ
КРАТКО Реквизиты решения: Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 6 декабря 2016 г. № 35-КГ16-18. Требование заявителя: Учесть скрытую аудиозапись в качестве доказательства того, что заем был предоставлен ответчикам на общие нужды семьи. Суд решил: В обоснование того, что денежные средства по договору займа предоставлялись на общие нужды супругов, истец вправе ссылаться на скрытую аудиозапись беседы с ними.
Суд поддержал коллег из районного суда, напомнив, что ГПК РФ относит аудиозаписи к самостоятельным средствам доказывания (ч. 1 ст. 55 ГПК РФ). При этом лицо, намеревающееся использовать их в качестве доказательства в суде, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась аудиозапись (ст. 77 ГПК РФ).
ВС РФ отметил, что истец представил исчерпывающие сведения о том, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи, а Е. не оспаривала их достоверность и подтвердила факт телефонных переговоров с С.
Таким образом, сделал вывод Суд, заключение апелляции о том, что представленные аудиозаписи являются недопустимым доказательством, незаконно.
Более того, продолжил ВС РФ, нельзя было применять в данном случае и положения о запрете на получение информации о частной жизни лица помимо его воли (ч. 8 ст. 9 закона об информации). Апелляция указывала на то, что запись разговора между С. и Е. была сделана без уведомления о фиксации разговора, а потому такая информация получена помимо воли Е., что недопустимо. Однако ВС РФ подчеркнул, что аудиозапись была произведена одним из лиц, участвовавших в этом разговоре, и касалась обстоятельств, связанных с договорными отношениями между сторонами, – а запрет на фиксацию такой информации на указанный случай не распространяется.
В результате ВС РФ отменил обжалуемое апелляционное определение.
Позиция юристов
В целом, эксперты поддерживают вывод ВС РФ, отмечая, что часто аудиозапись является единственным доказательством, позволяющим добросовестной стороне подтвердить свою позицию в суде. Однако, по мнению некоторых специалистов, все же стоит отдельно уточнить, как действия заявителей в подобных спорах соотносятся с нормами о тайне телефонных переговоров (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ). А также решить, требует ли отдельной корректировки баланс между субъективными правами и необходимостью выяснять действительные обстоятельства дела в условиях, когда каждый может записать свой разговор с другим человеком.
МНЕНИЕ
Андрей Комиссаров, руководитель коллегии адвокатов «Комиссаров и партнеры:
»Отрадно, что ВС РФ решил разобраться с таким нелегким вопросом, как возможность использования в качестве доказательств аудиозаписи, на которой зафиксированы сведения о лицах, которые не давали своего согласия на такую фиксацию. Судьи выделили два критерия допустимости скрытой аудиозаписи: по субъекту, осуществлявшему запись, и по содержанию записи. При таком подходе, отраженном в определении, права другого лица не нарушаются. Если же в записях также имеются сведения о частной жизни, то пострадавший имеет в арсенале все доступные средства для защиты своего нарушенного права за вторжение в личную сферу, в том числе процессуальные (ст. 185 ГПК РФ)".
МНЕНИЕ
Елена Мякишева, адвокат Юридической группы «Яковлев и Партнеры»:
«Подход ВС РФ в данном вопросе поддерживаю полностью. Практика показывает, что иногда такая аудиозапись является единственной возможностью доказать свою правоту в суде. Лица, находящиеся в доверительных отношениях (родственники, друзья) часто не оформляют документы, надеясь на порядочность другой стороны. В результате они оказываются ни с чем, если их „контрагент“ уклоняется от добросовестного исполнения своих обязательств. В этом случае аудиозапись – единственный шанс, так как наедине люди никого не боятся и говорят то, что не скажут при свидетелях и уж точно не подтвердят в судебном порядке.
Нарушения прав другого лица в данном случае я не вижу: ответчик, пытаясь прикрыться нормами о тайне частной жизни, ведет себя недобросовестно, злоупотребляя правом. При этом записанный разговор касается не личных, интимных тайн, а имущественных правоотношений сторон, которые являются предметом открытого судебного разбирательства».
МНЕНИЕ
Сергей Карпушкин, юрист практики «Разрешение споров» юридической фирмы «Борениус»:
«Обычно стороны не планируют судиться друг с другом. Часто многие договоренности не оформляются документально. Прежний сверхконсервативный подход судебной практики к аудиозаписям оставлял безоружной добросовестную сторону, которая к моменту принятия решения об обращении в суд, как правило, сталкивалась с нехваткой доказательств. В судебном споре оппоненты используют все возможные аргументы, включая ссылки на исковую давность и отрицание каких-либо незадокументированных договоренностей, даже если еще вчера наличие долга признавалось. В таких случаях аудиозаписи нередко являются единственным доказательством.
ВС РФ определил критерии их допустимости: а) осуществление записи лицом, участвующим в коммуникации, б) фиксация обстоятельств, связанных со спорным правоотношением сторон. Позиция ВС РФ должна развеять сомнения нижестоящих судов относительно законности аудиозаписей в арсенале доказательств спорящих сторон. При этом судам придется овладеть искусством оценки этого специфического типа доказательств: чтобы избежать возможных злоупотреблений, необходимо тщательно анализировать значение слов в контексте конкретной беседы, учитывать интонацию, которая может изменить буквальный смысл произнесенного и т. д.».
МНЕНИЕ
Роман Беланов, руководитель проектов компании «Хренов и партнеры»:
«Закон действительно допускает использование в качестве доказательств в гражданском процессе аудиозаписей. Однако в подавляющем большинстве случаев в судебных заседаниях оспаривается подлинность произведенных записей, а значит и сведений, которые в них содержатся.
Фоноскопические экспертизы подлинности записей очень сложны, затянуты и дороги и почти всегда не могут точно ответить на вопрос: кем именно были произнесены слова на записи? Это связано с рядом технических факторов, в том числе и с использованием конкретных средств записи (в частности, мобильный телефон не обеспечит того нужного качества записи, который может дать профессиональный диктофон). Поэтому, даже при наличии аудиозаписей суды нередко не могут установить их подлинность и именно поэтому не ссылаются на них как доказательство.
Но в деле, которое рассматривалось ВС РФ, была неспецифическая ситуация, так как подлинность записи не оспаривалась. Поэтому в этом деле Суд обоснованно рассматривал такую запись как допустимое доказательство». МНЕНИЕ
Анастасия Малюкина, юрист адвокатского бюро Forward Legal:
«Позиция, отраженная в определении ВС РФ, не является принципиально новой. В 2015 году тот же состав судей, ссылаясь на те же аргументы, признал допустимым доказательством видеозапись разговора, сделанную без согласия второго участника и позднее представленную в суд, чтобы подтвердить безденежность договора займа (определение ВС РФ от 14 апреля 2015 г. по делу № 33-КГ15-6). Вместе с тем, дело С. имело свои нюансы и очень жаль, что судебная коллегия обошла их стороной, включая вопрос о том, как действия истца соотносятся с нормами о тайне телефонных переговоров.
С точки зрения закона сделанная тайно аудио- или видеозапись не становится автоматически недопустимым доказательством. Законодатель всегда ищет баланс между субъективными правами, с одной стороны, и необходимостью выяснять действительные обстоятельства дела, с другой. Рассматриваемое определение – хороший повод для дискуссии о том, требует ли этот баланс корректировки в условиях, когда каждый может записать свой разговор с другим человеком».
Юна гос услугах пришло взыскание по кредиту на 47 тысяч
Но часть долга 33 тысячи я уже оплатила , т.е оставшийся долг 14
Почему взыскание пришло на большую сумму ? Как изменить сумму взыскания долга ?
, вопрос №4979692, Екатерина, г. Москва
У вас похожая ситуация?
Опишите свои детали — юрист подскажет, что делать.
Я пришла в пункт выдачи заказов WB получать заказанный товар - несколько спортивных костюмов, отдельные спортивные брюки и несколько пар кроссовок, проверила весь товар под камерой, на некоторых вещах обнаружила брак, сотрудник это зафиксировал, а на обуви никаких браков не обнаружила, зашла в примерочную, всё примерила и выбрала один спортивный костюм, от остальных вещей и всей обуви отказалась, сотрудник начал проверять все вещи и всю обувь, с вещами у нас всё прошло гладко, а с обувью - не гладко, на одной паре кроссовок он обнаружил якобы брак на нижней части подошвы, т. е. с той стороны, которая касается земли при ходьбе, это вообще не видно никак окружающим, этот якобы брак заключался в небольших бледных пятнышках, которые с подошвой составляют одно целое, не выпячивают и по сути не являются браком, на что я при осмотре не заострила на этом внимания, сотрудник не принял эти кроссовки на отказ и заставил меня выкупить их, и сделать возврат по заявке в личном кабинете, убеждая, что заявку одобрят, денежные средства мне вернут, я поддалась уговорам, поверила ему, выкупила эти кроссовки, прям сразу на месте мы с ним создали эту заявку на возврат, указав причину как производственный брак, прикрепили фото товара, я ушла, ответ пришёл через 3 дня - отказ, производственный брак не подтвердился, можете подать на экспертизу. Через день я пришла в этот же пункт выдачи заказов WB с этими кроссовками и просила сделать возврат, т. к. это не производственный брак, на что тот же сотрудник отказался, ссылаясь на то, что у них это считается браком и раз заявку не одобрили, возврат делать не будет, сказал, чтоб я писала по этому поводу продавцу и с ним решала этот вопрос, стал указывать мне на ихние внутренние правила, написанные на бумаге, прикреплённой к столу. На что я сказала,что эти ихние правила противоречат Федеральному Закону о защите прав потребителей и буду обращаться с жалобой в Роспотребнадзор. К разговору подключилась сотрудница-девушка, заступившись за него, начали мне указывать на выход. Я говорила о том, что в магазине это не считается браком и нормальный человек это не примет за брак. На что он мне сказал, может, у Вас с головой не в порядке, Вы принесли клей из дома и исправили обувь. На что я ответила, что я не дура создавать себе проблемы, а такой якобы брак только дебил может посчитать браком. Он принял эти слова так, как будто я именно его обозвала так и сказал, что так я должна называть своих детей (оскорбления перешли уже на мою семью). Я попросила назвать его данные - Ф. И. О., чтоб обратиться в полицию, на что он ответил отказом, бейджика на нём не было, как и на других сотрудниках, он сказал, что не обязан мне называть свои данные и не обязан носить бейджик. Я просила дать № телефона их директора, чтоб я с ним поговорила о сложившейся ситуации, на что он ответил отказом и сказал, что это они не дают № телефона директора и не обязаны это делать, я попросила его самого позвонить директору и дать мне трубку для разговора, на что он тоже ответил отказом, сказав, что тоже не обязан этого делать. Так же он якобы писал и отправлял фото якобы бракованного товара в их службу поддержки, они ответили, что это брак и сказали не принимать товар, но мне лично не показывал эту переписку, я не знаю, кому он там писал. Они мне снова указывали на выход! Я сфотографировала этого сотрудника для доказательства в полиции, в кадр попала ещё и сотрудница-девушка, на что они оба начали кричать, что я не имею на это право. Я взяла кроссовки и вышла на улицу. Сотрудник-парень выскочил вслед за мной и начал обзывать меня нецензурными, матерными словами такими, которые унижают честь и достоинство женщины. Я была в шоке! Растерялась! Хотела зафиксировать эти слова свидетелями, остановила одну девушку, но ждать она приезда полиции не могла, я осталась в одиночестве со своим оскорблением, меня так никто, никогда не оскорблял, я получила моральную травму! Вызвала полицию, они приехали минут через 30-40. В расстроенных чувствах я не могла им правильно описать ситуацию, запуталась даже в адресах (своего и пункта выдачи заказов WB). Когда я ждала на улице полицию, сотрудница-девушка кому-то звонила и говорила, что я якобы первая начала кричать и оскорблять их и что на улице сотрудник ПВЗ WB уже не является сотрудником. При полиции другие сотрудники ПВЗ WB сказали, что они не слышали никаких оскорблений в мой адрес данного сотрудника-парня. Полиция всё произошедшее вкратце зафиксировала, сотрудник полиции - девушка беседовала со мной, в то время сотрудник полиции - молодой человек беседовал с сотрудником ПВЗ WB, и сотрудник ПВЗ WB - парень излагал историю не совсем в точности. Мы разошлись. Далее я ходила в несколько других ПВЗ WB, консультировалась по поводу кроссовок - брак это или не брак? На что они мне ответили, что это не брак, скрытая часть подошвы по сути и не является браком, а тот сотрудник ПВЗ WB, значит, не компетентен, раз посчитал это браком и поступил неправильно, заставив меня выкупать данный товар и оформлять заявку на возврат через личный кабинет, они мне посоветовали принести этот товар в любой другой ПВЗ WB и сделать возврат без всякой заявки через личный кабинет, не смотря на то, что по заявке на возврат в личном кабинете у меня был отказ, я так и поступила - мне сделали возврат в другом ПВЗ WB без всякой заявки в личном кабинете, деньги вернулись на WB-кошелёк через 5 минут. Вопросы: 1) Имел ли право сотрудник ПВЗ WB в данной ситуации не принимать у меня отказ и заставлять меня выкупать якобы бракованный товар? И имеют ли право вообще сотрудники ПВЗ WB заставлять клиента выкупать бракованный или не соответствующий товар, если клиент этого не заметил сам до примерки, а это заметил сотрудник при проверке? 2) Как мне компенсировать моральный вред за личное оскорбление чести и женского достоинства, причинённый сотрудником ПВЗ WB? 3) Является ли пятно на подошве обуви браком?
, вопрос №4978510, Инна, г. Якутск
У вас похожая ситуация?
Опишите свои детали — юрист подскажет, что делать.
Здравствуйте. Являюсь участником сво. Мне приходят аресты на карту по старым долгам из мфо. Является ли законным их действия по снятию средств, и обязаны ли они мне их вернуть после подтверждения моего участия в сво?
, вопрос №4977947, Амид, г. Москва
У вас похожая ситуация?
Опишите свои детали — юрист подскажет, что делать.
Добрый день!
14.07.2025 наша собака (шпиц, 7 лет, диагностированы эндокардиоз митрального клапана B1 и легочная гипертензия) поступила на плановую стоматологическую операцию. Во время вмешательства началась брадикардия, перешедшая в остановку сердца и дыхания (реанимация: две дозы адреналина). Операцию прервали (успели только одну сторону). Собака ослепла, а 15.07.2025 умерла в клинике от отёка лёгких. На момент операции у нас на руках были кардиологическое заключение и предоперационные анализы крови, не выявлявшие противопоказаний, но явных нарушений со стороны клиники мы зафиксировать не успели.
Вечером 14.07.2025 старший анестезиолог клиники провела с нами разъяснительную беседу, которую я записал на диктофон (запись сохранилась).
Из неё следует:
1) Она сама не вела операцию, а была приглашена позже («я не была, меня тоже позвали»), то есть вмешательство проводил менее опытный сотрудник;
2) Брадикардия не реагировала на терапию, потребовался неотложный адреналин;
3) Врач подтвердила гипоксию («сердце не качало кровь нормально в голову»);
4) Она дала заведомо ложный благоприятный прогноз (все восстанавливаются, никто не остаётся слепым), который не оправдался – собака ослепла и погибла.
Почему мы сразу не стали разбираться с тем что случилось:
На тот момент я находилась на 32-й неделе беременности. Не могла создавать себе дополнительный стресс в виде разбирательств с клиникой.
У моего мужа диабет 1 типа, 3 группа инвалидности. 16.07.2025 он почти впал в гипогликемическую кому на фоне стресса, попал в больницу.
Из-за этого мы не смогли сразу провести независимую экспертизу, вскрытие или полноценно зафиксировать доказательства причастности клиники к врачебной ошибки. Мы считаем, что у нашей собаки была передозировка какого-либо препарата или препарат не подошёл.
Вопросы:
1) Стоит ли пытаться взыскать с клиники компенсацию морального вреда и стоимость услуги (защита прав потребителей) спустя 11 месяцев?
2) Является ли аудиозапись допустимым доказательством в гражданском процессе?
3) Каковы перспективы дела и какой порядок действий – досудебная претензия, экспертиза документов, иск?
Заранее спасибо.
, вопрос №4976101, Дарья, г. Москва
У вас похожая ситуация?
Опишите свои детали — юрист подскажет, что делать.
Вам нужен хороший юрист… полностью прав предыдущий комментатор.
Может тоже помочь:
Является ли скрытая аудиозапись недопустимым доказательством?
14 февраля 2017
Екатерина Добрикова
В прошлом году был подписан закон, который признал обязательность отнесения фотоматериалов, а также материалов видео- и звукозаписи к доказательствам по делу об административном правонарушении (Федеральный закон от 26 апреля 2016 г. № 114-ФЗ). Эти положения распространяются исключительно на административный процесс, тогда как в гражданском процессе вопрос о признании аудиоматериалов допустимым доказательством все еще остается на усмотрении суда (ст. 55, ст. 59, ст. 60 Гражданского процессуального кодекса). Но на данный момент складывающаяся практика довольно противоречива.
Чаще всего суды отказываются принимать аудиозаписи в качестве доказательств, ссылаясь на то, что их достоверность нельзя проверить надлежащим образом. Например, истец представил звуковые файлы, записанные на обычном компакт-диске. Суд отметил, что эта фонограмма получена не путем записи информации непосредственно от первоисточника звука, а переписана с иного носителя (телефона и/или диктофона) – следовательно, верность такой фонограммы-копии не может быть надлежаще проверена и удостоверена. В итоге представленная аудиозапись была признана недопустимым доказательством (апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 15 сентября 2016 г. по делу № 33-15582/2016).
Имеет ли пациент право вести запись приема и рекомендаций на диктофон, предупредив об этом врача заранее, даже если врач против записи? Ответ на этот и другие практические вопросы – в «Базе знаний службы Правового консалтинга» интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный
доступ на 3 дня!
Получить доступ
А некоторые суды указывают на то, что аудизапись не позволяет отнести разговор к спорным правоотношениям (постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2016 г. № 03АП-1037/16). Либо отмечают, что сделанные без ведома другого лица записи нарушают его право на тайну частной жизни (апелляционное определение СК по гражданским делам Тверского областного суда от 16 февраля 2016 г. по делу № 33-798/2016).
Действительно, закон содержит запрет на получение информации о частной жизни лица помимо его воли (ч. 2 ст. 23, ч. 1 ст. 24 Конституции РФ, ч. 8 ст. 9 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и защите информации"; далее – закон об информации). Более того, за незаконный сбор сведений о частной жизни лица без его согласия и за нарушение тайны телефонных переговоров и иных сообщений гражданина установлена уголовная ответственность вплоть до лишения свободы до двух лет (ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138 Уголовного кодекса). Поэтому о проведении аудиозаписи, по мнению отдельных судов, необходимо обязательно уведомлять своего собеседника (решение Арбитражного суда Нижегородской области от 27 февраля 2015 г. по делу № А43-32610/2014).
Вместе с тем ряд судов все же принимают аудиозаписи, даже полученные без согласия на то второй стороны (апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 12 августа 2016 г. по делу № 33-3239/2016).
Недавно Верховный суд Российской Федерации высказал свою позицию по этому вопросу и вынес определение, которым признал право на использование материалов скрытой аудиозаписи в качестве доказательства в гражданско-правовом споре (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 6 декабря 2016 г. № 35-КГ16-18). Рассмотрим это дело подробнее.
Суть спора
24 января 2011 г. С. и Р. заключили договор займа, по условиям которого С. предоставила Р. 1,5 млн руб. на три года с начислением 20% годовых, а Р. обязался в указанный срок вернуть сумму займа с процентами.
В период с 18 августа 2011 г. по 10 марта 2012 г. на счет С. в счет погашения долга были переведены денежные средства в размере 128 тыс. руб., но затем платежи прекратились.
С. обратилась в суд с иском к Р. и его бывшей супруге Е., поскольку на момент получения займа они состояли в браке. В своем исковом заявлении С. ссылалась на то, что денежные средства были предоставлены ею по просьбе Р. и Е. на общие нужды семьи – в подтверждение она представила аудиозаписи телефонных переговоров между ней и Е. от 11 июня 2013 г. и от 23 декабря 2013 г., в которых также участвовал Р., и расшифровки этих аудиозаписей.
Районный суд признал долг общим обязательством ответчиков и отметил, что представленная С. аудиозапись подтверждает, что заем был предоставлен Р. с согласия супруги и на общие нужды семьи (для совместно осуществляемой ими предпринимательской деятельности). В итоге требуемая сумма была разделена между Р. и Е. поровну (решение Московского районного суда г. Твери Тверской области от 14 декабря 2015 г. по делу № 2-2622/2015).
Однако Е., считая, что не обязана отвечать по долгам бывшего мужа, обжаловала это решение, и апелляция встала на ее сторону – вся сумма была взыскана с Р. (апелляционное определение СК по гражданским делам Тверского областного суда от 16 февраля 2016 г. по делу № 33-798/2016). Представленная истцом аудиозапись, по мнению суда, являлась недопустимым доказательством, поскольку была получена без согласия Е. (ч. 8 ст. 9 закона об информации).
Понимая, что взысканная с Р. сумма окажется для него неподъемной, С. обратилась в ВС РФ с требованием отменить апелляционное определение и взыскать долг с обоих супругов.
Позиция ВС РФ
КРАТКО
Реквизиты решения: Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 6 декабря 2016 г. № 35-КГ16-18.
Требование заявителя: Учесть скрытую аудиозапись в качестве доказательства того, что заем был предоставлен ответчикам на общие нужды семьи.
Суд решил: В обоснование того, что денежные средства по договору займа предоставлялись на общие нужды супругов, истец вправе ссылаться на скрытую аудиозапись беседы с ними.
Суд поддержал коллег из районного суда, напомнив, что ГПК РФ относит аудиозаписи к самостоятельным средствам доказывания (ч. 1 ст. 55 ГПК РФ). При этом лицо, намеревающееся использовать их в качестве доказательства в суде, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась аудиозапись (ст. 77 ГПК РФ).
ВС РФ отметил, что истец представил исчерпывающие сведения о том, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи, а Е. не оспаривала их достоверность и подтвердила факт телефонных переговоров с С.
Таким образом, сделал вывод Суд, заключение апелляции о том, что представленные аудиозаписи являются недопустимым доказательством, незаконно.
Более того, продолжил ВС РФ, нельзя было применять в данном случае и положения о запрете на получение информации о частной жизни лица помимо его воли (ч. 8 ст. 9 закона об информации). Апелляция указывала на то, что запись разговора между С. и Е. была сделана без уведомления о фиксации разговора, а потому такая информация получена помимо воли Е., что недопустимо. Однако ВС РФ подчеркнул, что аудиозапись была произведена одним из лиц, участвовавших в этом разговоре, и касалась обстоятельств, связанных с договорными отношениями между сторонами, – а запрет на фиксацию такой информации на указанный случай не распространяется.
В результате ВС РФ отменил обжалуемое апелляционное определение.
Позиция юристов
В целом, эксперты поддерживают вывод ВС РФ, отмечая, что часто аудиозапись является единственным доказательством, позволяющим добросовестной стороне подтвердить свою позицию в суде. Однако, по мнению некоторых специалистов, все же стоит отдельно уточнить, как действия заявителей в подобных спорах соотносятся с нормами о тайне телефонных переговоров (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ). А также решить, требует ли отдельной корректировки баланс между субъективными правами и необходимостью выяснять действительные обстоятельства дела в условиях, когда каждый может записать свой разговор с другим человеком.
МНЕНИЕ
Андрей Комиссаров, руководитель коллегии адвокатов «Комиссаров и партнеры:
»Отрадно, что ВС РФ решил разобраться с таким нелегким вопросом, как возможность использования в качестве доказательств аудиозаписи, на которой зафиксированы сведения о лицах, которые не давали своего согласия на такую фиксацию. Судьи выделили два критерия допустимости скрытой аудиозаписи: по субъекту, осуществлявшему запись, и по содержанию записи. При таком подходе, отраженном в определении, права другого лица не нарушаются. Если же в записях также имеются сведения о частной жизни, то пострадавший имеет в арсенале все доступные средства для защиты своего нарушенного права за вторжение в личную сферу, в том числе процессуальные (ст. 185 ГПК РФ)".
МНЕНИЕ
Елена Мякишева, адвокат Юридической группы «Яковлев и Партнеры»:
«Подход ВС РФ в данном вопросе поддерживаю полностью. Практика показывает, что иногда такая аудиозапись является единственной возможностью доказать свою правоту в суде. Лица, находящиеся в доверительных отношениях (родственники, друзья) часто не оформляют документы, надеясь на порядочность другой стороны. В результате они оказываются ни с чем, если их „контрагент“ уклоняется от добросовестного исполнения своих обязательств. В этом случае аудиозапись – единственный шанс, так как наедине люди никого не боятся и говорят то, что не скажут при свидетелях и уж точно не подтвердят в судебном порядке.
Нарушения прав другого лица в данном случае я не вижу: ответчик, пытаясь прикрыться нормами о тайне частной жизни, ведет себя недобросовестно, злоупотребляя правом. При этом записанный разговор касается не личных, интимных тайн, а имущественных правоотношений сторон, которые являются предметом открытого судебного разбирательства».
МНЕНИЕ
Сергей Карпушкин, юрист практики «Разрешение споров» юридической фирмы «Борениус»:
«Обычно стороны не планируют судиться друг с другом. Часто многие договоренности не оформляются документально. Прежний сверхконсервативный подход судебной практики к аудиозаписям оставлял безоружной добросовестную сторону, которая к моменту принятия решения об обращении в суд, как правило, сталкивалась с нехваткой доказательств. В судебном споре оппоненты используют все возможные аргументы, включая ссылки на исковую давность и отрицание каких-либо незадокументированных договоренностей, даже если еще вчера наличие долга признавалось. В таких случаях аудиозаписи нередко являются единственным доказательством.
ВС РФ определил критерии их допустимости: а) осуществление записи лицом, участвующим в коммуникации, б) фиксация обстоятельств, связанных со спорным правоотношением сторон. Позиция ВС РФ должна развеять сомнения нижестоящих судов относительно законности аудиозаписей в арсенале доказательств спорящих сторон. При этом судам придется овладеть искусством оценки этого специфического типа доказательств: чтобы избежать возможных злоупотреблений, необходимо тщательно анализировать значение слов в контексте конкретной беседы, учитывать интонацию, которая может изменить буквальный смысл произнесенного и т. д.».
МНЕНИЕ
Роман Беланов, руководитель проектов компании «Хренов и партнеры»:
«Закон действительно допускает использование в качестве доказательств в гражданском процессе аудиозаписей. Однако в подавляющем большинстве случаев в судебных заседаниях оспаривается подлинность произведенных записей, а значит и сведений, которые в них содержатся.
Фоноскопические экспертизы подлинности записей очень сложны, затянуты и дороги и почти всегда не могут точно ответить на вопрос: кем именно были произнесены слова на записи? Это связано с рядом технических факторов, в том числе и с использованием конкретных средств записи (в частности, мобильный телефон не обеспечит того нужного качества записи, который может дать профессиональный диктофон). Поэтому, даже при наличии аудиозаписей суды нередко не могут установить их подлинность и именно поэтому не ссылаются на них как доказательство.
Но в деле, которое рассматривалось ВС РФ, была неспецифическая ситуация, так как подлинность записи не оспаривалась. Поэтому в этом деле Суд обоснованно рассматривал такую запись как допустимое доказательство».
МНЕНИЕ
Анастасия Малюкина, юрист адвокатского бюро Forward Legal:
«Позиция, отраженная в определении ВС РФ, не является принципиально новой. В 2015 году тот же состав судей, ссылаясь на те же аргументы, признал допустимым доказательством видеозапись разговора, сделанную без согласия второго участника и позднее представленную в суд, чтобы подтвердить безденежность договора займа (определение ВС РФ от 14 апреля 2015 г. по делу № 33-КГ15-6). Вместе с тем, дело С. имело свои нюансы и очень жаль, что судебная коллегия обошла их стороной, включая вопрос о том, как действия истца соотносятся с нормами о тайне телефонных переговоров.
С точки зрения закона сделанная тайно аудио- или видеозапись не становится автоматически недопустимым доказательством. Законодатель всегда ищет баланс между субъективными правами, с одной стороны, и необходимостью выяснять действительные обстоятельства дела, с другой. Рассматриваемое определение – хороший повод для дискуссии о том, требует ли этот баланс корректировки в условиях, когда каждый может записать свой разговор с другим человеком».
ГАРАНТ.РУ: http://www.garant.ru/article/1091694/#ixzz5bDYtxbSs